Вампир – зверь во мне

В сериале “Дневники вампира”, помимо основных тем блистательно описанных Г. Бедненко, есть интересный момент, старый, как сам Фрейд. Причем, достаточно ресурсный.
Это работа со зверем в себе. Приручение зверя, контроль зверя или подавление зверя. А кто такой этот зверь-вампир внутри человека, вечно жаждущий и агрессивный – это фредойвский id, а по сути – наши потребности и эмоции, которые из них проистекают. Современный вампир-герой вампирианы изо всех сил контролирует себя и зверя в себе. Его выжившая человеческая этика не дает развернуться в полную силу обретенным после смерти способностям. И всегда есть герой-антипод, жестокий, бесчеловечный, поглощенный зверем, не в силах найти место для него в своей жизни.
На значимость этой темы в современных вампирских сагах указывает то, что она дублируется и в других персонажах. В “Настоящей крови” – это, безусловно, герои-оборотни. И второй сезон, посвященный Цирке, – вообще почти полностью об этом. Ярко она звучит в “Вампирских дневниках”, где помимо доброго вампира, есть ещё подружка-ведьма, которая учиться управлять своею силой.
В связи с этим интересна так же тема взаимоотношений вампиры/наркоманы. Она так же звучит в “Дневниках…” и про это рассказывает полнометражный фильм “Вампиры: жажда крови“. Тут вампир оценивает зверя как патологичного и пытается победить его как патологическую привязанность. Но, увы, все не так просто. По той простой причине, что, как я написала выше, по сути вампирская жажда – это проявление естественной нужды со всеми вытекающими последствиями, то есть необходимостью её опредметить. Вампир – как новорожденный ребенок. В его организме появляется новая сильная потребность, с которой совершенно не ясно, что делать. Она напоминает кучу других потребностей, а эмоции – кучу других эмоций, но ни один из известных способов не работает. Что будет дальше? И как вампир может научиться, выражаясь языком Маркса, есть “с ножом и вилкой”, по сути зависит от вампира. Это его выбор.
Постоянно повторяющийся сюжет “приручения зверя” и овладения своими нуждами, а также целевая аудитория вампирских саг подсказывают, что это тема – отражение в культуре задач подросткового периода. Именно подросток снова, будто младенец, учится обращаться с новыми появившимися нуждами.

© 2010 – 2012, Tatiana Lapshina. All rights reserved.