Category Archives: Мировоззрение

В молчании – слово,
А свет – лишь во тьме;
И жизнь после смерти
Проносится быстро,
Как ястреб, что мчится
По сини небесной,
Пустынной, бескрайней…
У. К. Ле Гуин

Философия, методология, этика – то, без чего невозможно существовать не только профессионалу, но и человеку.

Прикладная психология Быть-и-Я

Чем ближе начало первой ступени, которую я веду с Володей Анашиным, тем больше я вспоминаю и думаю о собственном опыте обучения гештальт-терапии. О том, что было ценным для меня, и что мне хотелось бы из этого сделать возможным для наших студентов.
Когда я пришла в 2008 году учиться, у меня за плечами было 8 лет обучения в МГУ психофизиологии, шесть лет преподавания, клиентский опыт в юнгианском анализе, КБТ и нарративной практике, довольно широкий теоретический бекграунд и умение неплохо использовать умные слова вроде “психика”, “осознанность”, “внимательность”, “бытие”, “личность”, “поток”, “деятельность”, “стресс”, “психическая травма” и пр. Я одновременно работала контент-менеджером, переводчиком, репетитором по английскому языку, преподавателем и, кажется, то ли методистом то ли помощником декана. А еще я была ролевиком, готом, эзотеричкой и, наверное, довольно странным человеком. Хорошая новость для всех странных людей – за 10 лет в гештальт-практике я не перестала быть ни чем из этого, и, в общем, даже чуть больше стала собой, чем бы ни занималась. Из того, что изменилось – я научилась заниматься гештальт-терапией, гештальт-консультированием и чуть-чуть гештальт-коучингом.
Самое удивительное и ценное, с чем я столкнулась на первой ступени у Кости Баженова и Наташи Лазаревой, а потом у Наташи Лазаревой и Марины Богатыревой был искренний интерес к каждому из участников группы. Не тот, который “как бы так тебя лучше вылечить” и “что ты можешь сделать для науки?”, а который “интересно, как ты живешь”. А еще – естественное присутствие и включенность в жизнь нашей группы. Я из того поколения, которое довольно быстро отучилось от такой степени заинтересованности и присутствия, благодаря сначала книгам, потом социальным сетям и всяческим медиа. Так вот, оказалось что интерес и присутствие удивительным образом меняют жизнь. Долгое время я чувствовала себя на группе странно: будто бы между мной и миром внезапно сдернули всегда присутствовавшую полупрозрачную завесу. Потребовалось много практики и опыта собственной личной терапии, чтобы научиться самой управляться с этой завесой: замечать ее; отодвигать, когда нужно, и возвращать на место, если есть такая необходимость.
А вместе с отодвиганием завесы, слова, выученные в университете, стали обрастать плотью и кровью. Удивительно, насколько опыт меняет понимание изнутри. И то, что было когда-то таким любимым постулатом для веры: тело и психика – разные способы смотреть на одно и то, же явление – стало воплощаться в жизни. Постепенно я стала участвовать в общении не только головой, порождающей идеи, но и всем телом, с его ощущениями, потребностями и восприятиями. Думаю, я и раньше участвовала в общении целиком, только тщательно старалась это игнорировать, отчего возникали всяческие нелепые ситуации. До сих пор продолжаю интегрироваться.
В общем, за опытом непредвзятого и искреннего интереса к себе и к другим людям; включенного проживания своей жизни; присутствия и жизнетворчества приглашаю вас учиться вместе гештальт-терапии начиная с 3-4 марта. Особенно приглашаю тех, кто любит психологическую науку, но хочет включить ее в свою жизнь и выстроить на основе психологических знаний осознанную жизненную философию.
На фейсбуке есть чуть больше информации о программе https://www.facebook.com/1stgestalt/
Чтобы получить подробную информацию и записаться на собеседование, можно связаться с Володей anashin_vladimir@list.ru +7 926 56 118 95 или Татьяной +79167185406 tatyana@psyvert.ru .

Про ценность

Сейчас, наверное, крамольную вещь напишу. В последнее время много читаю про ценность каждого человека/жизни/личности самого по себе. Мне кажется, что это важная вещь в условиях дефицита ценности для себя, но все-таки изрядно переоцененная. Видимо, именно из-за дефицита.
Для себя каждый человек может быть ценным сам по себе. Просто потому что если у меня не будет себя, то не будет ничего, чем я люблю заниматься, что я люблю чувствовать и так далее.
Иногда человек так же может быть ценен для тех, кто его любит. Потому что, когда любимый человек рядом, мне радостно и хочется продолжения. Чем определяется это “любит/не любит” – ученые ломают голову. Теорий может быть столько, сколько любящих. Никогда не угадаешь, для кого станешь ценным сам/а по себе. Ну а еще, говорят, иногда могут разлюбить.
Но есть еще ценность для других. Не для тех, кто любит. Для отдельных людей и для общества. И тут каждый становится ценным сообразно тому вкладу, который делает в общее дело или хотя бы состояние. “От каждого по его способностям, каждому — по его труду” (кажется, Прудон). Это совсем не похоже на безусловную любовь, а на вполне себе условное уважение. Потому что человек ценен не только потому, какой он, но еще и потому, что он и как делает.
Ценность для себя можно ощутить, увы, только наслаждаясь жизнью,в крайнем случае в ситуации угрозы жизни. Ценность для любимых мы начинаем ощущать, когда с нами проводят время, делятся душевным теплом, говорят о нашей важности словами или прикосновенями, бескорыстно помогают и пр. (см. Гэри Чепмен “Пять языков любви”). Ценность для общества можно почувствать, получая признание: звания, регалии, отклики коллег и пр., благодарность клиентов и заказчиков, – и, как ни меркантильно это звучит, деньги за свой труд. Это не всегда профессиональное признание. Признание можно получить, занимаясь хобби, развивая свою семью (как такой проект, а не только место для воплощения любви), реализуя любую просоциальную деятельность (благотворительную и не очень).
Любовь к себе, любовь к другим и других к нам, уважение и признание – важные чувства в этой области. И ни одно из них не заменяет других. Пытаясь действовать, чтобы получить безусловную любовь, я вряд ли буду удовлетворена, так как в случае успеха получу признание. Пытаясь предъявляться и раскрываться, чтобы получить признание и уважение, я вряд ли буду удовлетворена, так как в случае контакта получу очарование или безусловную симпатию. И наконец, ни то, ни другое до конца не помогут мне чувствовать себя важной и ценной, если я не дорожу своей жизнью и достоинством.

Про переживание

Мне кажется, что на постсоветском пространстве люди предпочитают избегать переживаний не столько из-за рациональных установок, сколько из-за терминологической путаницы. “Переживание”, легко ассоциирующееся с “пережевыванием” одного и того же материала, путается с так называемым “накручиванием себя”. На самом деле любая эмоция, если ее наблюдать, заканчивается и довольно быстро. Другое дело, что часто вместо того, чтобы наблюдать саму эмоцию, собственное состояние, его изменения, мы увлекаемся мыслями о ситуации, ее вызвавшей. Например, можно злиться и замечать как усиливается мое сердцебиение, каким прерывистым становится дыхание, как горячеет голова и слегка закладывает уши, как напрягаются мои руки, сжимаясь в кулаки. А можно думать, какой плохой человек наступил мне на ногу, как это нарушает мое право на личное пространство, да еще и не извинился, вот с…! Пока я думаю про ситуацию, мое тело проживает ее снова и снова, будто бы человек все еще стоит на моей ноге и, возможно, даже подпрыгивает. Эмоциональная реакция усиливается. И именно такой способ обращения с эмоциями на русском языке часто называют “переживанием”. Но можно переживать по-другому. Если я просто наблюдаю себя, через какое-то время эмоция сходит на нет. Иногда возникает решение или действие, которое помогает завершить ситуацию, иногда она просто проходит.

См. также

Базовые принципы, облегчающие переживание эмоций

Самое интересное в долге

Закончив готовиться в 2 часа ночи к докладу на третьей ступени и плавно переходя к сбору сумки, я вспоминаю о сегодняшней беседе за ужином с подругой. Часто, задавая себе вопрос о том, что позволяет мне превозмогать всяческие тяготы, мы отвечаем “сила воли” или “долг”. И это очень важные штуки. Первое понятие отражает некоторое предпринимаемое усилие, второе – мысль или смысл, ради чего. Но все это не дает ответа на вопрос “как?” Как я умудрялась концентрироваться на безумно скучных текстах, выделяя из них крупицы структуры, когда хотелось спать, – поддерживая в себе интерес. Откуда силы, когда организм мог бы уже прийти в благостное расслабление? – Из страха стыда. И злости на сотоварища по докладу, который не стал читать эти треклятые 800 страниц английского текста. Мне кажется, что умение включать в себе едва заметные стенические эмоции (то есть те, которые поддерживают активность когнитивную и физическую), – то, что позволяет прикладывать усилие и совершать подвиги во имя долга.
Хотя конечно, лучше все хорошенько планировать заранее и не брать на себя невыполнимых задач. Но тогда не будет повода запустить внутреннюю стимулирующую биохимию. Иногда эмоциональные зависимости выглядят очень причудливо. Кстати, их все еще нет в DSM V. Так что можно смело считать, что все выше написанное я выдумала. И спать спокойно. Или не спать. Во имя долга, благодаря силе воли.

Нащупывая реальность

Никогда не знаю, где именно натолкнусь на реальное и созвучное моменту. За завтраком любимый внезапно цитирует Мураками:

“Открываю глаза. Соображаю, где я. И даже говорю вслух. “Где я?” – спрашиваю сам себя. Вопрос, лишенный всякого смысла. Задавай его, не задавай – ответ всегда известен заранее. Я – в своей собственной жизни. Вокруг – моя единственная реальность. Не то чтобы я желал их себе такими, но вот они – мои будни, мои заботы, мои обстоятельства”.

Хотя, если бы все было так просто, моей профессии бы не существовало. И не приходилось бы помогать клиентам нащупывать эту самую реальность собственной жизни. Прошлое, будущее, фантазии – быть с этим много проще, чем найти себя в актуальных обстоятельствах.

Три вида терапии

“Для описания процесса терапии я использую метафору реки. Некоторые формы терапии сосредоточены на вопросе «Почему?» и ищут причины возникновения травмы. Это «терапии истока». Их прототипом является психоанализ, который сосредоточен на поиске истоков (источников) проблем, но он – не единственный: метод «первичного крика» и «ребефинг» пытаются обнаружить травмы рождения, терапия Райха исследует связь между «мышечным панцирем» и подавленными страданиями.
Другие направления – «терапии нижнего течения». Они оставляют в стороне причины возникновения наших проблем. Эти терапевтические направления стараются дать поведению большую свободу, «открыть реку» и «очистить берега», чтобы позволить нам свободнее распоряжаться нашими переживаниями и эмоциями. Такую стратегию использует поведенческая терапия.
Продолжая эту метафору, Гештальт можно определить как «терапию течения». В гештальт-подходе важнее, как течет река (спокойно, стремительно и т.д.), чем почему. Мы, гештальт-терапевты, пытаемся оживить то, что в нашей психике оказалось застывшим, как камень в реке, из-за характера воспитания или травматического опыта”.

Гонзаг Масколье “ГЕШТАЛЬТ-ТЕРАПИЯ: ВЧЕРА, СЕГОДНЯ, ЗАВТРА. Быть собой”

Про выбор


В последнее время я частенько думаю, что все причинные объяснения человеческих решений иллюзорны. Сложно верить в обратное, столько лет читая всякое про нейробиологию. Человек понимает, что как-то сделал выбор, через пару сотен милисекунд после того, как выбор сделан. Не верить – дико тревожно, потому что приходится отказываться от иллюзии контроля.
Личный опыт и опыт терапии подсказывает, что на самом деле значение имеет не само решение, а то, что я делаю, что при этом чувствую и готовность иметь дело с последствиями. И иногда с ними легче иметь дело, объясняя свои поступки рациональным или аффективным решением.
У Макса [info]votsep Пестова про это есть длинный и серьезный текст.

У меня часто спрашивают: «Ты веришь в психических вампиров?»

Green_Vampire_by_Twisted16«Конечно, нет, – отвечаю я. – В психических я верю, а в вампиров не очень». Если, конечно, речь не идет о летучих мышах, которые любят присосаться к какому-нибудь быку в прохладной ночи.
А если серьезно, то явление психического вампиризма – очень интересная штука. Это своего рода феномен восприятия, когда вдруг один человек в процессе общения решает, что его свампирили. Как? Почему так получается?
Обычно, о психическом вампиризме говорят, когда у одного человека в процессе общения убывают «силы», а у другого будто бы «прибывают». Чаще всего вампира замечает донор, хотя иногда бывают эксперты, которые взглянув со стороны, сообщают: «Да это тебя свампирили!». Continue reading

Мужское и женское

Cмотрю и слушаю Stromae, читаю про аниму и анимус и вот о чем думаю.
Анима – архетипический, часто неосознаваемый образ женщины в чем-то общий, а в чем-то индивидуальный у всех мужчин. Анимус – соответственно, образ мужчины, но у женщин. Вот вроде бы все правильно. Пока человеку далеко до реализации самости он вроде как не пускает себя проявлять в жизнь черты анимуса или анимы соответственно полу. Но у мальчиков и девочек лет до 3 ничего такого нет. Это юнговское “не-Я”, которое казалось бы само собой разумеющееся и данное чуть ли не с рождения, слишком активно подчеркивает(поддерживает?) расщепление. По сути само расщепление это – последствие бессознательно усвоенного из культуры “можно” и “нельзя” разного для мальчиков и девочек. Или нет?

Интересно, что на группе по исследованию тени у нескольких участниц тень оказывалась подчеркнуто мужским образом, даже чрезмерно маскулинным. Возможно, теория социального конструктивизма гендера делает избыточным аниму и анимус, оставляя им место всего лишь группы теневых черт. А к гендеру они имеют отношение постольку, поскольку в культуре важно закрепить(поддержать?) те или иные черты за лицами того или иного пола.

Насколько это имеет отношение к физиологии м. и ж., определяет отбор. А уж насколько культура определяет отбор – это уже психогенетикам определять.

Чего смотрела и читала – ниже.

Continue reading