Tag Archives: психическая травма

Исцеление травмы


Закончила в мае обучение краткосрочной терапии травмы у Галит Серебреник-Хай.
Это было испытанием для меня. Сначала непривычная форма обучения – никаких тебе привычных эмоциональных откликов (вопросы-теория-вопросы-работа-вопросы-упражнения). И теория, часть которой уже научно опровергнута. Когда привыкла к форме и заключила мирный договор с научным скептиком о том, что метод все равно эффективный, что подтверждено исследованиями, обрушился фон. Причем во всем мире. А на группе реакция на события стала мощной фигурой умолчания. Я продралась через всё это и получила самое главное: опыт обучения, терапии, работы и супервизии в новом направлении, навыки устойчивого присутствия и телесной работы с последствиями травмы онлайн, замечательную пару (привет Наташа) для процессинга учебы и осмысления, как интегрировать краткосрочные протоколы Галит в повседневную работу. В итоге умею, знаю, практикую работу с последствиями психической травмы, ПТСР и кПТСР. Раньше все равно приходилось, но теперь могу делать это увереннее, чуть более осознанно и профессионально.

Про первую ступень того же обучения

МакМафия

Прекрасный сериал, в котором британский гражданин русского происхождения Алекс Гольдман вместо того, чтобы сходить к психотерапевту и позаботиться о себе после психической травмы, последовательно ввязывается в бизнес мафии, теряет невесту, связь с семьёй и всяческие личные принципы. Во имя мести, естественно. Очень романтично и благородно.
Смотреть увлекательно. Русских наконец-то играют русские и говорят по-русски понятно. При этом не обходится без лубка с икрой, водкой и фразой “я все время забываю, что он вырос в маленькой комнате в России совсем без денег”. Так и хочется добавить: “Поэтому дикий, дружит с медведем и играет на балалайке”. Снято так, что не оторваться. Но, Леха, нафига ?!

Про травму от Люды Орёл

Если в результате травм психика раздробилась, то в результате терапии травмы она должна интегрироваться обратно.

Теоретически.

А практически, если смешать, допустим, младенца, мужчину, женщину, единорога и фею, существо получится весьма странное. И вряд ли ему будет удобно жить. Так что терапевтичность такого подхода вызывает большие сомнения.

ОК, есть другая теория. Что перед интеграцией все части должны пройти через левел-ап: единорог пусть научится ходить на задних лапах, фею нужно научить не палиться с пыльцой и волшебной палочкой, младенец пусть познает тщетность всего сущего, а мужчина и женщина наоборот пусть откроют в себе творческое начало и пройдут инициацию. После этого можно включать астральный блендер – вжух – и у нас получился здоровый человек? Кажется, в этой идее тоже много бредовости.

А вот состоятельной мне кажется идея научить всех понимать друг друга и друг с другом общаться. Да, это и обучение, и левел-ап для всех частей, но не в том плане, чтобы всех усреднить, а в плане развития навыков создания сообщества.

Со временем процесс переходит в ту стадию, когда сообщество начинает функционировать как единый организм. На мой взгляд, это и есть переломный момент. Функционирование и качество жизни на этом выправляются, а богатый внутренний мир остается личным делом… самого богатого внутреннего мира.

“Точка возврата”

maxresdefault

Узнала о существовании документального фильма Ирины Скуминой и немедленно его посмотрела. “Точка возврата” – документальное кино о работе с психической травмой. Может быть интересно как людям, далеким от психотерапии, так и тем, кто собирается работать с травмой и проходит подготовку в этом направлении.
Сюжет прост. Три терапевта: Елена Лопухина (психодраматист), Елена Петрова (гештальт-терапевт) и Ольга Троицкая (телесно-ориентированный психотерапевт) – ведут группу по работе с психической травмой. Откуда взялась группа и как они умудрились добиться нужного уровня безопасности при камерах и вот этом всем – для меня большая загадка, которая заставляет фантазировать об инсценировке. А может все взаправду – тут уже не разберешь. Техники реальные. Истории правдоподобные. Пять месяцев спустя после группы участники рассказывают о том, как изменилась их жизнь, что подчеркивает глобальность влияния травмы на жизнь. И масштабы эффекта исцеления.
Увы, есть некоторые тонкости, связанные с жанром и ограниченностью времени. Например, телесная работа показана не полностью и в искаженном хронологическом порядке. Возможно, что-то другое так же прошло редактуру. И реальную продолжительность сессий разобрать невозможно. Что не умаляет культурной ценности проделанной Ириной и ее командой работы.

Ссылка, чтобы приобрести полное видео на русском с английскими субтитрами.

Обыкновенное чудо, или шаманская практика как образный интерфейс к работе мозга

e4d922a95e96628e5d75fb952c075fc5Я давненько (лет 8 уже) собираюсь написать свой пост о том, как вижу различия работы психолога и шамана, которые со стороны могут быть очень похожи, но очень разные внутри. Причем не факт, что попадая к дипломированному психологу, вы не работаете с шаманом, а попадая к потомственной гадалке, вы не работаете с психологом. Но задача эта слишком большого масштаба, поэтому я откликнусь, точнее дополню чуть-чуть текст Егора Клевцова “О символе, плацебо, вере и магическом переносе и механизме их действия“.
Последние 4 года прошли у меня под знаменем борьбы с магическим мышлением в себе. Магическое мышление у меня осталось, но не могу сказать, что годы прошли напрасно. В результате, например, мне стало чуть-чуть понятнее про роль психотерапии в разоблачении и в поддержании чувства чудесного, я переосмыслила свой опыт мифодрамы и вообще работы с мифом, в том числе индивидуальным мифом. Особняком оставался мой шаманский опыт. И снова соприкоснувшись с ним на мастерских Дениса Новикова и у Игоря Любитова в рамках Лаборатории практической антропологии, я пришла к идее шаманской практики как образному интерфейсу работы мозга. Самая простая шаманская практика, с которой многие начинают, – это путешествие в нижний мир, например в поисках животного силы (см. например Майкл Харнер “Путь шамана”). Для этого человек погружается в особое состояние сознания, в котором при помощи воображения оказывается в разных местах, где ищет себе спутника. При этом важным является место, из котрого шаман начинает путешествие: это хорошо знакомое, наполняющее хорошими воспоминаниями реальное или нереальное место. Из этого места человек отправляется в места новые и неизведанные, обычно под землю. На своем пути он встерчает разных зверей и спрашивает их, являются ли они его животным силы, как их зовут, что могут дать, а также всячески с ними общается во всех доступных модальностях. В своем первом шаманском путешествии я просидела довольно долго на вершине скалы в обнимку со своим животным силы, потому что я никогда прежде не чувствовала такой опоры, уверенности, спокойствия и единения одновременно, ну а еще, потому что он рассказывал мне потрясающие сказки, связанные с моей жизнью. Довольно забавной выглядит эта история с поправкой на то, что я ужасно боюсь высоты. Место старта, согласие и имя очень важны. Место старта вызывает в вас эмоциональный след воспоминания того, когда вам было хорошо и вы были сильны. Согласие позволяет обходить зоны сопротивления, в которых вы не готовы работать и меняться. Имя вместе с обликом – это тот символ, который даст вам в последствии доступ к нужному состоянию. Все то же самое, но без животных силы, делают NLPисты в технике якорения ресурса. Или телесно-ориентированные терапевты в рамках ресурсного интервью. В результате всех этих методов у человека создается образ, доступный к фантазированию, который является ключом к управлению головным мозгом. Без всякого шаманизма у нас целый набор таких образных рычажков для управления собой. Хотите почувствовать… ммм… например влюбленность. Устройтесь поудобнее и вспомните в малейших деталях свою первую любовь. Как вы впервые встретили этого человека? В какой ситуации? Что с вами при этом происходило? Что вы чувствовали? Как дышали? Как двигались, если двигались? Что ощущало тело? Сконцентрируйтесь на этих ощущениях. То, насколько сильно вы сможете погрузиться в перезживание влюбленности, зависит от того, насколько развито ваше воображение, концентрация и эпизодическая память. Именно эти функции я усиленно развивала, практикуя шаманизм и медитацию.
Я убеждена, что ни одно психоактивное вещество, ни одна духовная техника не позволяет мне сделать с собой ничего такого, чего бы я не могла без этого вещества и этой техники. Зачем тогда мне волшебный зверек? Егор связывает эту потребность с диссоциацией, в результате которой часть меня становится доступной только в проективном материале. Здесь я и согласна, и не согласна. Диссоциация – феномен психической травмы, блокирующей доступ к тому или иному опыту. Если вы вспоминали свою первую влюбленность, у вас могла возникнуть сложность, связанная с тем, что отношения как-то дальше развивались. И если это было сильно болезненным, вам не очень захочется вспоминать полученный опыт. Этот т.н. “блок”, обусловливание страха, не пустит к опыту напрямую. Тогда появляется вся необходимая катавасия с проекцией и диссоциацией.
Но я еще рассматриваю работу вещества или духовной практики через призму культурно-исторической теории. Употребление и шаманская практика – феномен не столько индивидуальный, сколько социальный. В рамках которого я усваиваю (интериоризирую, интроецирую) из общества некоторый способ для управления собой. По сути шаманская практика похожа на феномен громкой речи, когда ребенок использует слово для управления своим поведением, но пока что вслух до того, как волевая сфера и мышление будут окончательно сформированы и организуют общую систему. Кстати, взрослые тоже иногда используют громкую речь, когда сталкиваются с особенно сложной задачей, которая требует усилия. Так вот, постепенно практикуя, шаман учится обращаться к животному силы не только в нижнем мире. Часто достаточно имени, чтобы достичь того или иного состояния. Так же стремительно сокращается потребление алкоголя во взрослых компаниях, когда нужный флер веселости и легкости общения возникает от простого соприсутствия в определенном кругу людей.
То есть, хороший символ или метаформа могут быть мне подспорьем либо в случае травматического отщепления части меня, например, спокойной, уверенной и рассказывающей истории, либо в процессе обучения чему-то новому и присвоения нового опыта.
Если на встречах с психологом вы медитируете, представляете всяческих зверьков или вспоминаете тот или иной опыт в измененном или не очень состоянии сознания, отличить работает с вами шаман или психолог просто: по тому, насколько практик скрывает механизм, к которому аппелирует, насколько с ним можно обсуждать происходящее не только в терминах символов, а еще в рамках того, чего вы хотите, каким для этого надо быть и почему это сразу и без зверька не получается. А еще по тому, насколько полученный с ним опыт доступен к применению в жизни в отстутствии фигуры великого психолога/шамана/и пр.. Правда, последнее происходит не сразу, так что не торопитесь с выводами.
Текст, с которым полемизирую, на всякий случай, под катом. Continue reading

“Милые кости” Элис Сиболд

OZON.ru - Книги | Милые кости | Элис Сиболд | The Lovely Bones | Pocket Book | ISBN 978-5-699-41322-5 OZON.ru – Книги | Милые кости | Элис Сиболд | The Lovely Bones | Pocket Book | ISBN 978-5-699-41322-5
Камешки косточки, семечек горсточки,
В поле тропинки, стеклышки льдинки.
Папа тоскует, сидит у окошка.
Кто же его приголубит немножко?
Где его дочери, две баловушки?
Прыгают по полю, словно лягушки!

Книга Элис Сиболд попала ко мне в руки практически случайно. Некоторое время назад в кинотеатрах прошел очередной фильм, в котором новозеландские пейзажи превращались в волшебную страну. Он привлек мое внимание. Но мне не хотелось идти в кино, пока не прочитаю книгу, ставшую бестселлером в начале нового века и священной книгой новой поросли готов. Кинопоказ прошел, книга пережила несколько изданий на русском языке, а я о ней откровенно забыла. Пока [info]mireyaria не разметисла на букривере объявление, что готова отдать книжку в хорошие руки. Фильм я посмотрела в тот же день, что перевернула последнюю страницу книги. Если честно, хотелось поскорее завершить испытание “Милыми костями” Элис Сиболд. Continue reading