Tag Archives: группы

Что мешает взрослым людям разбираться в своих чувствах? #4 Усвоенные правила и убеждения


Если у вас хороший навык самонаблюдения, богатый словарь эмоциональных слов, вы хорошо обходитесь с дискомфортом и заботой о себе, все равно могут возникать сложности с тем, чтобы разбираться в своих чувствах. Эти сложности связаны с усвоенными правилами и убеждениями в отношении эмоциональный жизни. Это могут быть правила:
-про само переживание (завидовать – грех),
-про то, как с ним обращаться (не грусти – похрусти),
-про то, как выражать свои переживания (мальчики не плачут, девочки не дерзят).
Правила могут быть обобщенными на все чувства, всех людей и ситуации (нельзя хвастаться, чувства нужно выражать) и достаточно детальными, про конкретные чувства и определенные группы людей (о мертвых либо хорошо, либо ничего; супруги должны любить друг друга; нельзя жалеть себя).
Правила могут быть запрещающими (на маму не злятся) или предписывающими (маму нужно любить).
Иногда правила содержат некоторое объяснение, почему переживать что-то хорошо или плохо (на обиженных воду возят, если будешь жаловаться – никто любить не будет, кричат – только истерички, не будешь выражать чувства – замучаешься психосоматикой).
Вообще, правила – очень классная штука, которая позволяет людям синхронизировать свои действия в группе, избегая лишних конфликтов и напряжений. Мы усваиваем правила тех групп, принадлежность к которым ценим (семьи, школы, компании друзей, профессионального сообщества, рабочего коллектива). И если внутренне с ними соглашаемся, они становятся нашими убеждениями о том, как все устроено и должно работать. И эти убеждения могут ограничивать нас в том, чтобы переживать те или иные чувства. Например, если у меня есть правило, что на похоронах люди переживают горе, мне будет сложно заметить свое облегчение или даже радость от того, что покойный наконец-то умер.
Поэтому важно проводить ревизию своих правил и убеждений. И периодически перестраивать их в соответствии с актуальной ситуацией и опытом жизни в разнообразных группах.
Ревизия правил – не такая простая работа, как может показаться на первый взгляд. Потому что правила бывают явными и не явными. Явные декларируются в открытую и часто существуют в форме конкретных фраз, которые мы когда-то услышали. А бывают неявные, которые мы сами как-то поняли. Например, если родители в семье не плачут, то, вырастая, ребенок может избегать плача. Такие правила сложно сформулировать, но иногда можно заметить по поведению. Другим людям, кто не разделяет это правило, оно бывает заметнее, чем самому человеку.
А еще с правилами бывает непросто расставаться, потому что они остаются единственным, что нас связывает с теми, кто дорог. Но даже это можно пережить, если правила не запрещают мне грустить.
Продолжение следует…
Практикум по правилам в т.ч. будет на вебинарах “Лабиринт эмоций“. Присоединяйтесь.

Что мешает взрослым людям разбираться в своих чувствах? #2 Особенности эмоционального словаря


Продолжаем разговор о том, почему взрослым людям бывает непросто разобраться в своих чувствах. В прошлый раз я рассказывала о том, как важно самонаблюдение. Но оказывается недостаточно наблюдать, важно дать наблюдаемому какое-то название. Это задача на категоризацию эмоций. Есть ученые, которые считают, что категоризация эмоций – не столько опознание и классификация, сколько создание эмоций. Чем больше слов я знаю, тем в большем количестве разных состояний я могу оказаться и больше шансов, что моя эмоция поможет мне наилучшим для меня образом с актуальной ситуацией обойтись.
Самая простая категоризация даже не эмоций, а состояний – это деление на плюс и минус. То есть хорошо или плохо, приятно или не приятно. Приятные переживания хочется длить, неприятные прекращать. Но из первичной категоризации не понятно, как именно это делать. Это неприятное состояние, в котором хорошо бы убежать от чего-то кого-то (страх)? Или затаиться и ждать (настороженность)? Или замереть и не отсвечивать (парализующий страх)? или подраться (злость)? или поплеваться и отряхнуться (отвращение)? Cостояние общей приятности или неприятности создает определенный настрой восприятия. В хорошем расположении духа хорошо подмечаются хорошие вещи вокруг, в плохом – плохие. Если мне в хорошем расположении духа встретится человек, я могу испытать к нему симпатию и захотеть общаться дальше. Так из простой категоризации рождается более сложная. В приведенных примерах можно заметить, что название эмоций связывает в себе сразу три вещи: как я себя чувствую, что происходит вокруг и что с этим делать.
Словари у разных людей устроены по-разному. Например, есть люди, у которых в эмоциональном словаре есть хорошо, нормально и плохо. Их категоризация останавливается на первом этапе. Есть люди у которых существует “хорошо” и множество оттенков отрицательных эмоций. Как правило это выглядит так: мне хорошо и ничего не надо делать, такое хорошо быстро заканчивается и не понятно, как его снова организовать. Зато есть много вариантов неприятных ситуаций и рецептов действия с ними. Поэтому я больше внимания уделяю дискомфорту и субъективно дольше в нем живу. Бывает и наоборот. А есть словари избирательные к отдельным эмоциям. Например, бывает словарь бесстрашного человека. В нем много разных слов для положительных эмоций и для отрицательных эмоций, но вот синонимов слова “страх” мало, да и само слово “страх” не используется.
То есть помимо самого разнообразия слов для описания тех или иных эмоций, мы отличаемся в своем активном и пассивном запасе эмоциональных слов. Например, я могу знать слово “страх”, но оно как-то не приходит в голову даже в очень пугающих ситуациях. И, собственно, тогда я не пугаюсь.
Как развивается активный эмоциональный вокабуляр? В контакте с другими людьми через попадание в разные ситуации и называние чувств. Нам необходимо наблюдать себя или другого, чтобы словесное название связалось с состоянием. Например, я могу знать, что англичане называют некоторые состояния “feeling blue”. Чтобы “feeling blue” стало частью моего активного вокабуляра, мне нужно узнать определения этого выражения; понаблюдать за некоторым количеством людей, которые feeling blue в данный момент; понять, что за ситуации, в которых переживается другими feeling blue; как это проявляется вовне и в идеале даже расспросить живого человека, как это feeling blue для него изнутри; соотнести с другими своими названиями эмоций, чем похоже на грусть, например, а чем отличается от нее; поймать некоторый неуловимый климат, который возникает вокруг человека, который feeling blue. Тогда однажды я могу почувствовать собственное feeling blue и начать использовать в общении с другими это словосочетание для выражения своего состояния. После этого слово переходит в актив.
В общем, выясняется, что чтобы ориентироваться в своих чувствах, важно знать много разных названий для них, а также пользоваться этими словами в общении с другими людьми для выражения своего состояния. Для этих целей отлично подходят мероприятия, на которых принято говорить о чувствах. Например, психологические группы.
Продолжение следует…

Что мешает взрослым людям разбираться в своих чувствах? #1 Дефицит навыка самонаблюдения


Если вы зачем-то решили разобраться в своих чувствах, вы можете столкнуться с рядом препятствий. Одно из них – дефицит навыка самонаблюдения. Развитие и переживание разнообразных эмоций требует терпеливого и всестороннего самонаблюдения:
-способности наблюдать за своим состоянием,
-способности наблюдать за собственным восприятием окружающего мира,
-способности наблюдать за своими мыслями,
-способности наблюдать за своими движениями,
-способности замечать как все это может быть связано.
Потому что эмоции формируются из всего этого вместе. Как, например, рождается злость. Я переживаю давление в ноге (ощущение), которое определяю как дискомфортное (первичная аффективная категоризация). Связываю это давление с тем, что передо мной стоит человек, который наступил на ногу (восприятие+мышление). Я прогнозирую, что дискомфорт в ноге будет усиливаться, если это не прекратить (мышление). Кровь приливает к рукам и лицу, сердцебиение учащается, дыхание становится порывистым (движения+ощущения). Мышцы в руках напрягаются, готовясь отталкивать нарушителя спокойствия моих ног, руки подрагивают (ощущение+движения). В мыслях возникают всяческие ругательства (мышление). Я злюсь на человека, который наступил мне на ногу (эмоция).
Если я не умею наблюдать за своим состоянием, мои собственные эмоции будут выпрыгивать на меня, как чертик из табакерки: внезапно и сильно.
Если я вдобавок не умею наблюдать за своим восприятием, я буду переживать сложно связываемые с ситуацией состояния: тревогу, скуку, маяту, раздражение и пр., которые никак не разрешить и никуда не приложить.
Если я вдобавок не умею наблюдать за своими мыслями, я буду импульсивно эмоционально реагировать, не особо понимая, что и почему.
Если я вдобавок не умею наблюдать за своими движениями, вместо эмоций я буду переживать разные телесные симптомы: тики, спазмы, навязчивые мимические выражения и пр.
И, как правило, если какая-то из способностей самонаблюдения у меня не развита, я, наверняка, буду компенсировать ее другой. Например, буду усиленно думать, что бы можно было испытывать в данной ситуации и как действовать. Или совершать хаотические или привычные действия по принципу “в любой непонятной ситуации Х”.
Навык самонаблюдения развивается различными практиками mindfulness. Без них не обойтись в Лабиринте эмоций.
Продолжение следует…

Лабиринт эмоций. Приглашение №5


Пришла зима и мы продолжаем набирать онлайн группу по поддержанию эмоциональной осознанности. Только начнем ее, в связи с рядом обстоятельств, не осенью, а в январе. Нам с Ирой хочется получше подготовиться и собрать группу людей, с разным опытом в отношении своих эмоций.
Авторы тренингов эмоционального интеллекта много пишут про то, как хорош эмоциональный интеллект. Люди, которые хорошо разбираются в своих чувствах, показывают лучшие результаты в творческих профессиях и работе, связанной с людьми; у них проще с мотивацией; реже развиваются тревожные расстройства и депрессии; им легче заводить и поддерживать теплые межличностные отношения и пр. Но если разбираться в своих эмоциях так здорово, почему до сих пор есть тренеры эмоционального интеллекта, сфокусированные на эмоциях подходы в психотерапии и пр.? Как так выходит, что такая классная способность не развивается в процессе жизни?
Все начинается с детства. В первые месяцы мы вообще не очень разбираем, что происходит. С нами или вокруг. И мама работает для ребенка отражением и обозначателем состояний. Угадывает, когда ребенку холодно, когда голодно, когда мокро. Она начинает различать, когда ребенок радуется, когда злится, когда пугается, как-то реагирует. То, насколько хорошо маме это удается, зависит от того, как хорошо она разбирается в своих чувствах, сколько их названий знает, а также позволяет ли ей материнская тревога хоть какие-то чувства различать. Если мама, например, не отличает страх от злости или вовсе злости не понимает, то и у ребенка будет мало шансов научиться злость опознавать. Постепенно к маминой работе присоединяются другие взрослые. Со своими способностями и сложностями в опознавании и принятии чувства.
И вот мы постепенно взрослеем со своим словарем эмоций и распознавалкой, воспитанной по образу и подобию взрослых вокруг нас. И дальше, например, мама ведет ребенка к доктору сделать прививку. И ребенок говорит: “Боюсь, не хочу!”, – или просто плачет и конючит. Маме больно на это смотреть, или стыдно перед другими мамами в очереди, или вовсе мало времени и сил. И тогда она говорит: “Ничего тут страшного нет, чего ж тут бояться!” Если бы мне так кто-то сказал, я бы ответила: “Как это чего бояться?! Больно же будет, я не люблю боль. Вот и дрожу, потею, сердце колотится. И избежать этого хочется. Я все равно пойду, вот только чуть-чуть успокоюсь”. Я так могу сказать, потому что я взрослая и гештальт-терапевт. А для ребенка мама или другой заботящийся взрослый – эталон обращения со своим состоянием. Поэтому он перестает доверять своему “дрожу и сердце колотится”. Так постепенно выстраивается стенка между человеком и его состоянием.
Это не беда, если мы чему-то не научились дома. Поможет детский сад и школа. Там подтянут и рисование, и чтение, и физру. Только вот не все детские сады и школы имеют программы, которые помогут догнать эмоциональный интеллект. А вот поддерживать стенку между маленьким человеком и его состоянием многие любят. Например, если любопытно, то вопрос можно задать только в нужный момент и обязательно умный, а иначе будут ругаться. Так и учимся не бояться, не любопытствовать, не радоваться, не печалиться и так далее.
К счастью, развитие на школе не заканчивается. Ну или по крайней мере, взрослые могут выбирать, что, как и когда у себя развивать. Поэтому, если вы узнали в ком-то из описанных детей себя или вам просто любопытно, как там эти чувства в вас устроены, записывайтесь к нам с Ирой на серию вебинаров “Лабиринт эмоций”.
С 21 января по 22 апреля по четвергам в зуме с 19 до 21.50 по московскому времени.

Контакты: Татьяна Лапшина +7(916)718-54-06
Ирина Желанова +7(905)588-48-86

Лабиринт эмоций. Приглашение №4


Ничего не ясно. Руки дрожат. Сердце то несется, то замирает. Тум-ту-дум. Тум-ту-дум. Дыхание прерывается. Мысли скачут. Пот. И совершенно невозможно отвлечься. Тум-ту-дум. Тум-ту-дум. Что же будет? Что же будет? Что делать? Тум-ту-дум. Тум-ту-дум. “Надо что-то делать!” – требовательный голос где-то внутри пронзительно ноет сиреной оповещения беды.
Когда я училась на психфаке, нам говорили, что тревога – неопредмеченный страх. То есть я боюсь, но сам не знаю чего. Но чем больше я живу со своей тревогой, тем больше в этом сомневаюсь.
Тревога похожа на стволовую клетку эмоций. Есть такие клетки в организме, которые делятся и пристраиваются туда, где нужны новые клетки. То, что вырастет из нее, – зависит от окружающей ткани. В нервной системе, например, вырастет нейрон или глиальная клетка. Так и с тревогой. Она возникает в ситуации неопределенности и призвана помочь нам сориентироваться в окружающем мире и себе. По мере ориентировки она трансформируется в другое состояние. Смотря что будет вокруг, смотря что будет внутри. Не обязательно в страх. Это может быть интерес, вожделение, злость, радость, нежность, стыд… Вообще все, что угодно.
Другое дело, что переживать тревогу мало кто любит. А еще меньше людей любят тревожащихся людей под рукой. Поэтому мы торопимся победить тревогу, пока нас не поторопил кто-нибудь другой. В таком окружении тревоге легко превратиться именно в страх. Потому что внутри есть требование делать, а не дотошно разбираться в ситуации. И страх того, кто требовал этого делания когда-то прежде.
Бывает по-другому? Бывает. Бывает тревога-предвкушение приятного. Там тоже велик соблазн торопиться, но некоторые люди умеют такую тревогу даже посмаковать.
Но самое сердце тревоги, самая ее суть – это что-то живое, из которого совсем не понятно, что вырастет. Когда прогнозы будущего еще не оформлены. И ворох вероятностей впереди.
Раз уж многие эмоции начинаются с тревоги, мы с Ирой решили начать с нее наш цикл “Лабиринт эмоций”. Если интересно, как живет и во что может превращаться ваша тревога, записывайтесь. Встречи по четвергам, 19.00-21.50. С ноября по февраль.
Контакты: Татьяна Лапшина +7(916)718-54-06
Ирина Желанова +7(905)588-48-86
Подробности по ссылке

Лабиринт эмоций

Лабиринт эмоций. Приглашение №3


Очень мне нравится цитата Эмили и Амелии Нагоски: “Эмоции – это туннели. Вы должны пройти их насквозь, и в конце будет ждать свет. Но если застрять посередине, наступает истощение”. С поправкой на то, что это слегка сновидческий тоннель, который меняется по мере продвижения в нем. И свет – это начало следующей эмоции, чуть более желанной, чем та, через которую я продираюсь застряв.
Развитие эмоциональной сферы взрослого человека – это вечное исследование входов, выходов и препятствий в этом пути, в результате которого таинственным образом рождаются смыслы.
Про это мы с Ирой и планируем вебинары “Лабиринт эмоций”. Там будут как сами эмоции, так и разные способы обращения с ними. Привычные и непривычные. Продуктивные и не очень. Приходите!
До группы у нас можно разузнать о программе и о нас, ну и записаться, если вам понравятся ответы.
Татьяна Лапшина +7(916)718-54-06
Ирина Желанова +7(905)588-48-86
Подробности

Лабиринт эмоций. Приглашение№2


Эмоции – самая осязаемая и самая неуловимая часть нашей жизни. Нити связующие картину мира: как и что снаружи затрагивает то, что у нас внутри. Пожалуй? самое реальное, что можно зафиксировать в психике объективными методами. При этом искажающее реальность и ставящее ученых в тупик. Такое зыбкое и такое надежное. Зачем все это? Continue reading

Лабиринт эмоций

Рекламы и информирования пост.

Мы с Ирой Желановой задумали структурированный проект для людей, которым хочется лучше ориентироваться в чувствах, своих и чужих – “Лабиринт эмоций”. Думали делать его оффлайн и трехдневками, но приходится учитывать реальность. Поэтому экспресс-курс эмоциональной грамотности.

Continue reading

Телесное присутствие онлайн: три встречи с Арие Бурштейном


Записалась на семинар и довольная теперь, как слон. Даже не смотря на то, что семинар попадает на отпуск.
Переведя практику на время пандемии в зум, я столкнулась с тем, что мне недостаточно навыков телесной работы онлайн. Все телесно-ориентированные группы до этого момента были обязательно очными и как бы подразумевалось, что только таковыми и могут быть. Тогда встает естественный вопрос, если телесная работа онлайн невозможна, тогда с чем же мы работаем? Я привыкла думать, что большая часть изменений в психотерапии происходит именно телесно, когда переустанавливаются связи в нервной системе и создают возможность для новых мыслей, чувств и действий. Возможно ли это онлайн? Сейчас я уверена. Но хочу про это говорить, думать и практиковать.
Возможность делать это в компании Арие Бурштейна и коллег – бесценна. Прошлой осенью его семинар стал для меня брызгами воды в пустыне. Незабываемое впечатление. Интересно, как это будет онлайн в этот раз.
В общем, если кто-то так же, как и я, настроен сохранять телесное измерение в работе даже через экран монитора, в группе есть свободные места. Программа классная:
Continue reading

Странные носки

Когда 4 года назад мы с Ирой впервые работали в группе для тех, кому трудно, люди подобрались очень разные и долго не удавалось договориться о целях и вообще договориться. Мы и так и сяк пытались найти точки соприкосновения, но тщетно, пока вдруг не посмотрели вниз. Оказалось, что все пришли в ярких носках с разными картинками. У каждого был свой резон, своя любовь и своя история про яркие носки.
Уже много времени прошло, а носки для меня теперь еще чуть-чуть про ту группу, общность и связность. Вот думаю, сделать что ли подборку – четверговые носочки с группы.
Пока думаю, выложу чуть-чуть Тарантино.