Tag Archives: поэзия

Про онлайн психотерапию, записки близорукого гештальт-терапевта

Месяц существую в условиях самоизоляции. Продолжаю работать. Онлайн. И наблюдаю за собой интересное. Особенно про группы.
На самом деле я начала проводить сессии по скайпу года три назад. В том числе с клиентами, которых я никогда не видела очно. При этом я рассматривала историю со скайп как меньшее из зол для клиента: если нет в доступе психотерапевта, говорящего на твоем языке, или если нет свободы в передвижении, то лучше скайп, чем ничего. Год назад я побывала на вебинаре Андрея Юдина про психотерапию по скайп. Несмотря на то, что Андрей довольно скромно оценивал возможности такой работы, я изменила свою позицию в отношении онлайнтерапии в лучшую сторону. Когда я говорю “терапия онлайн” или “онлайнтерапия” я имею в виду работу по видео и со звуком. Случилось это благодаря тому, что я переоборудовала свое рабочее место: завела дополнительный свет, поменяла наушники и стала разговаривать с клиентами про то, как подготовить свое место для работы со мной. Я благодарна клиентам, которые согласились ради этого докупать технику или делать перестановку в комнате. С тех пор мои работы онлайн стали не просто глубже, они стал вчасто глубже, чем встречи в реальной жизни.
Дело в том, что в онлайн сессиях индивидуально с клиентами и особенно на группах я получаю много больше информации об эмоциональном состоянии клиентов, участников групп и коллег в супервизии, чем обычно. Я наконец-то вижу лица. У меня небольшая близорукость, слегка астигматизм и я ношу очки с неполной коррекцией, как рекомендуют окулисты. Это означает, что расстояние, с которого я вижу тонкие изменения мимики человека, – 1,5-2 метра. И это много ближе моей комфортной социальной дистанции. Я сижу дальше от своих клиентов, а уж на группе тем более. Чтобы смотреть на тех, кого я могу разглядеть слева и справа, обычно, надо сильно повернуться и потерять из виду остальных. А у тех, кто дальше левого и правого соседа, я замечаю довольно грубые изменения позы.
Когда я сижу перед своим большим монитором, я вижу не только лица и их выражения. Я вижу шеи и плечи. Иногда пульс. Изменение рисунка сосудов. Движения корпуса. Естественно, я не просто вижу тех, с кем работаю. Я откликаюсь телом на то, что вижу. Я переживаю разные чувства по этому поводу. Посольку группа в зуме собрана на одном экране, я вижу одновременно всех. Особенно тех, кто проводит сессию друг с другом. Так, как я бы никогда ее не увидела в оффлайн. Будто бы можно подойти на удобное расстояние и даже влезть между работающими, не нарушая процесса, не делая из этого дополнительную фигуру.
Такое обилие информации и чрезмерной близости вызывает у меня реакцию отстранения. Думаю, переживание отчуждения, которое я испытывала в своих первых онлайн сессиях года три назад, было связано не с самой процедурой, а с неосознанностью этой реакции. Сейчас, когда я позволяю себе отодвинуться от монитора, уменьшить окно программы или разместить свое переживание в разговоре с клиентами, когда это уместно и нужно, это переживание появляется реже и, как правило, является характеристикой контакта с конкретным человеком в конерктной сессии.
Раньше мне очень не хватало запаха. Сейчас когда я позволяю себе откликаться свободнее на то, что я вижу, мне кажется, что запах – это было бы уже слишком.
Да, в такой работе невозможно физическое прикосновение, но я и так довольно редко касаюсь клиентов.
Поначалу, когда я задумывала этот пост, я переживала стыд. Будто бы мои бонусы в работе онлайн связаны с моим физическим дефектом, а я еще и использую мировую ситуацию себе во благо. Очень неловко это признавать. Но потом я задумалась, а на каком расстоянии людии со стопроцентным зрением различают изменения мимики и микродвижения глаз. Мой минус-то не такой большой. Пока не нашла ответа. И задумалась о том, что даже если до этого человек прекрасно видел мимику другого и тонкие изменения позы, в онлайн есть дополнительная информация. Это обстановка в комнатах. Менее масочно-социальный выбор одежды клиентами. Домашние животные и домочадцы, точнее следы их присутствия. Все равно, что работать на выезде и заходить в разные пространства несколько раз в день. Как с этим избытком информации обходитесь вы? Замечаете ли желание остраниться, которое бывает у меня?
А скрин не с группы, так как конфиденциальность. А с вечера поэзии с коллегами. Они разрешили скрин выкладывать. За что им спасибо.

Дорогие мои коллеги, клиенты, друзья!

С субботы я перехожу на режим самоизоляции настолько, насколько это получится в наших условиях. Я предложила всем актуальным клиентам перейти к работе онлайн. С группой, которую веду с Ириной Желановой, этот вопрос будем обсуждать в четверг. Новые групповые проекты я не буду набирать до завершения пандемии.
Обычно, работа онлайн у меня стОит дороже. В сложившихся обстоятельствах это неприемлемо. Поэтому для тех, кто переходит онлайн, цена часа останется такой, какой и была в оффлайне.
С завтрашнего дня я ограничиваю свое пользование фейсбуком и вконтактом до 90 минут в сутки. Поэтому, если я вам нужна срочно, лучше писать в вотсап, телеграм или смс.
Пока что все меры до 19 апреля. Но я морально готовлюсь к такой жизни до середины июня.

Я считаю огромным везением, что нынешняя пандемия случилась тогда, когда есть столько доступных способов общения и возможности не чувствовать себя одиноким и брошенным, отказываясь от физического контакта лицом к лицу. Сейчас в сети появляется множество дискуссий по поводу того, возможна ли психологическая помощь онлайн, может ли она называться психотерапией и так далее. Это естественно, потому что мир бросил вызов помогающим практикам. Многие из нас родились до интернета. Многим из нас сложно, не понятно, не естественно работать по скайп или как-то еще онлайн. Сейчас самое время поискать новые формы, отрабатывать новые навыки, открывать для себя новые варианты контакта. В общем, работать в том поле, которое у нас есть – а это гештальт-практики делают всегда. Как это назовут потом: психотерапией, психологической помощью или поддержкой – мне не важно. Мне важно честно договориться на берегу об ограничениях и возможностях.

Коллег, принимающих такое же решение как я, в сети стали называть паникерами, нарциссами, попросту нечестными людьми, недобросовестными и неэтичными непрофессионалами. Думаю, это связано с тем, что каждый проецирует на нас то, что проецирует. Поэтому я максимально честно изложу соображения, на основании которых я приняла это решение. Любителям стигматизации так будет проще ставить диагноз.
Continue reading

Чуть-чуть предновогоднего кабинета

Насыщенный профессионально получился год. Завершила обучение на третьей ступени, одну специализацию прошла и спецкурс. Познакомилась с Арие Бурштейном – думаю учиться у него дальше. Прослушала цикл лекций Маши Михайловой про сескуальность без сексуальности в психоанализе. Наконец, расширила практику до размеров, на которые можно прожить без подработок. Подработки теперь в удовольствие. А я ношу гордое имя “самозанятой”.
И без неудач не обошлось. Не подошла в Alter, например. Не набрался семинар с Дашей Шутовой и дополнительный с Ирой Желановой про эмоции так и не начали развивать. Записки про “Тело-я” не дописаны. Конспекты по бодинамике – не систематизированы. Зато мы с Катей Шевяковой задумали классную мастерскую для Зимней Школы МГИ и целую серию семинаров про отношение к своему телу. А с Ульяной Чернышевой потихоньку работаем в сторону соединения поэзии, арт-терапии и гештальта.
Потихоньку движусь в сторону четырех отпусков в год. Жалко, что интенсив был только один. В следующем году так же, видимо, получится. Но тут либо лишний отпуск, либо лишний интенсив.
А самое радостное, что наконец развесила в кабинете картины. В инстаграме @psyvert.gestalt показывала их по одной. Покажу и тут.
А так, осознанности, уюта и добра нам всем в Новом 2020ом!
А я в отпуск до 11 января. Continue reading

Не ходите в собственное прошлое,
Не тревожьте память понапрасну.
Не вернуть из юности хорошее,
Это и печально и прекрасно.

Не ищите нынче очищения,
От греха иль глупости нечаянной.
Не исправить в прошлом прегрешения,
Это и прекрасно и печально.

Не терзайте душу невозможными:
“…нужно было… “, “…я бы… “, “…если б заново… ”
Не реализованное – ложное,
Не произошедшее – обманчиво.

Истина – сурова и действительна,
Каждый миг с победами и драмами,
Истина, увы, не относительна,
А с конкретно-розовыми шрамами.

И пускай останется вчерашнее,
Заповедным, тем, что не забудется.
Не теряйте капли настоящего,
Истину лепите, и да сбудется!

И ходите, и летайте в прошлое,
И полёты ваши не напрасны,
Не ушли плохое и хорошее,
За плечами – тяжкой, лёгкой ношею.

Это жизнь, она во всём прекрасна!

Валерий Марченко

Про перевод, фигуру и фон

14712104_669829549848509_7180280983483056128_n-jpg-ig_cache_key-mtm3mdmxnza0mtgxndmznzc2na

Переводные тексты – очень интересная штука, как и работа переводчика. Вот, например, хайку Кобаяси Исса про улитку:

Тихо, тихо ползи,
Улитка, по склону Фудзи
Вверх, до самых высот!
(перевод В.Марковой)

Эй! Ползи, ползи!
Веселей ползи, улитка,
Hа вершину Фудзи!
(перевод А.Долина)

Совершенно разные настроения, направления взора поэта, выделение деталей. Что там в оригинале – не берусь судить. Очень похоже на то, с чем приходится иметь дело, когда слышу рассказ про одно и то же событие от двух заинтересованных, но по-разному людей. Например, во время работы с парой. Переводчик такой же человек и творец, останавливает внимание на чем-то одном, что-то пропускает, хотя, вероятно, стремится к достоверной передаче и совершенству. Потому что то, что замечается определяется потребностями и привычкой. Чем лучше переводчик замечает эти привычные движения внимания, тем чище будет перевод, но чистым до конца, вероятно, не будет до момента полного просветления. То же самое, похоже и в психотерапии. С одной стороны, психотерапевт старается быть непредвзятым. С другой стороны, человек и у него есть свои разной степени естественности и выученности реакции. Игнорировать последнее так же наивно, как приравнивать перевод к оригиналу.

Психолог, гештальт-терапевт, свободная касса

tanka2

Осень способствует хандре и перевариванию полученного за теплую часть года (и предыдущие годы) опыта. Поэтому, пока не поздно, приглашаю к себе на психологическое консультирование и гештальт-терапию. Я – эмпатичный и бережный психолог. К работе подхожу одновременно творчески, дотошно и с юмором. Готова поддерживать вас в исследовании себя, готовности и неготовности меняться.
Работаю на повышение качества жизни. Помогаю взрослым людям:
– наладить отношения с другими людьми, миром и самим собой;
– жить в своем теле, так чтобы вам было хорошо друг с другом;
– справляться со сложными чувствами во всевозможных ситуациях, в том числе в ситуациях расставаний, потерь, кризисов в личной или профессиональной сфере;
– найти вдохновение и/или занятие по душе;
– и добавить вкуса и цвета в жизнь, где их почему-то не хватает.
Continue reading

Вера Полозкова, про здесь и сейчас


Стихотворение хорошее. Вера Полозкова прекрасная. А ведь нет другого способа жить и есть, кроме как побыть с реальным яблоком, чтобы все было хорошо. Учиться этому, да еще делать, научившись, – сложная задачка. Если вдруг прямо сейчас собираетесь на обед – попробуйте 😉 Если не получается, приходите на консультацию.
images

Continue reading